| Водоизмещение, т: | 2671 |
| Главные размерения, м: | 30,8 х 3,81 |
| Скорость хода, уз: | 6 |
| Вооружение: | 2-280-мм орудия, 2-87-мм (4-фунтовые) пушки |
| Экипаж, чел.: | 181 |
Броненосные батареи типа “Новгород”
“Новгород” – заложен 1.04.1871 г. в эллинге Нового Адмиралтейства (СПб), собран в Николаеве, спущен 21.05.1873 г., встрою с 1874 г., продан на слом в 12.1911 г.
“Вице-адмирал Попов” – заложен 2.01.1874 г. в Николаеве, спущен 25.09.1875 г., встрою с 08.1876 г., продан на слом в 12.1911 г.
“Новгород”:
водоизмещение – 2671 т;
диаметр – 30,8 м,
осадка – 3,81 м.
6 ПМ – 2000 л.с., 8 котлов; 6 винтов; скорость 6 узлов.
Запас угля – 200 тонн,
дальность плавания – 480 миль.
Бронирование: борт – 229-178 мм, барбет – 229 мм, палуба – 70 мм.
Вооружение: 2-280-мм орудия, 2-87-мм (4-фунтовые) пушки; в 1892 г. добавлены две пятиствольные 37-мм митральезы.
Экипаж – 181 человек.
“Попов”:
водоизмещение – 3550 т;
диаметр – 36,6 м,
осадка – 4,12 м.
8 ПМ – 3066 л.с., 12 котлов; 6 винтов; скорость 8 узлов.
Запас угля – 250 тонн,
дальность плавания – 540 миль.
Бронирование: борт – 457-178 мм, барбет – 457 мм, палуба – 70 мм.
Вооружение: 2-305-мм, 6-87-мм орудий; в 1892 г. добавлены две 37-мм митральезы.
Экипаж – 206 человек.
По условиям Парижского мирного договора 1856 г. России было запрещено иметь военный флот на Черном море. Но в 1869 г. Особое совещание представителей армии, флота и министерства финансов высказалось за строительство бронированных плавучих батарей для защиты Керченского пролива и портов. Идея заключалась в том, чтобы они по своим характеристикам являлись сугубо “оборонительными береговыми средствами”, лишенными качеств, необходимых для кораблей открытого моря. В таком случае ограничения упомянутого договора не будут нарушены. Участники совещания выработали следующие требования: батареи должны иметь осадку не глубже 4,3 м, нести броню толще, чем на иностранных броненосцах, артиллерию – соответствующую наибольшему калибру тогдашних крепостных пушек, то есть 280- 305 мм. Однако МТК заключил, что им не отвечает ни один из существующих в мире типов броненосных судов.
Выход из ситуации нашел контр-адмирал А.А. Попов, предложивший построить круглые броненосцы. Такая форма корпуса позволяла при малой осадке нести толстую броню и мощные орудия, что было немыслимо для кораблей обычной конструкции. Многие специалисты считали, что “поповки” (такое наименование они получили официально) будут плохо всходить на волну и обладать рыскливостью. Но эксперименты с круглыми шлюпками рассеяли сомнения. 12 октября 1870 г. последовало повеление царя строить броненосные суда для обороны Керченского пролива и Днепро-Бугского лимана по типу “поповок” (в 100 футов диаметром, с машинами в 480 л.с., вооруженные двумя 11-дюймовыми нарезными орудиями Круппа). В это время последовала официальная отмена статей Парижского трактата, запрещавших России военное судостроение на Черном море. В Морском министерстве сразу возник вопрос: может быть следует приступить к строительству полноценных броненосцев? Все же остановились на “поповках”. Слабая судостроительная база не оставляла иного пути. Первую “поповку” строили в Петербурге, затем по частям перевозили в Николаев и там собирали. Эту работу удалось выполнить за 18 месяцев. Бронирование борта состояло из двух рядов плит: верхние по 229 мм, нижние – 178 мм. Круглый остов корпуса накрывала выпуклая палуба, состоявшая из трех слоев железных листов общей толщиной 70 мм. В центре была установлена вращающаяся орудийная платформа, защищенная 229-мм барбетом. “Новгород” вооружили двумя 280-мм пушками Круппа со стволом в 20 калибров (5,6 м). Снаряды весом 225 кг подавали к орудиям через люки внутри барбета с помощью талей и лебедки. Неустойчивость круглого корпуса приводила к тому, что горизонтальное наведение занимало более 9 минут поворотом всего корабля и 8,5 минут – поворотом платформы. В носовой части (условной) возвышалась железная надстройка. В ней находились жилые помещения для части команды, кают-кампания, каюта командира. Остальной экипаж размещался на навесной палубе под надстройкой. Боевой рубки не было. Шесть горизонтальных паровых машин Вульфа и восемь огнетрубных цилиндрических котлов размещались в двух котельных и двух машинных отделениях. Каждая машина приводила в движение свой четырехлопастный винт. В 1874 г. в Николаеве заложили вторую поповку. Строили ее с учетом опыта первой и внесли некоторые улучшения. Водоизмещение и размеры увеличились, возросла мощность силовой установки, вооружение состояло теперь из двух 305-мм орудий. Броню ставили по прежней схеме, но верхний пояс борта и барбет покрыли плитами в два слоя: внутренний – 178-мм, внешний – 229-мм. Восемь вертикальных паровых машин двойного расширения, питаемые от 12-и огнетрубных котлов, приводили в действие шесть винтов. На средние винты работали по две машины – эти винты имели больший, по сравнению с остальными, диаметр. В 1876 г. крайние винты и работавшие на них машины были сняты с обоих кораблей.
“Поповки” на ходу зарывались в волну, образуя в носовой части большой бурун, но качку имели, даже при сильном волнении, плавную и равномерную. В свежую погоду, особенно при встречном ветре, они значительно теряли в скорости, а волны шли по надстройке. Ветер и течение сносили тогда корабли с курса, управляться приходилось только машинами. После начала 12 апреля 1877 г. войны с Турцией обе поповки вошли в состав “активной обороны Одессы”, где и стояли на рейде почти весь период боевых действий. Они совершили лишь один боевой выход 27-28 июля к Киликийскому гирлу Дуная. Разочарованные бездеятельностью черноморских броненосцев, критики этих оригинальных кораблей обвиняли морское министерство в выброшенных на ветер деньгах. Они забыли, для чего строились данные суда, и хотели видеть в них мореходные броненосцы. Однако поповки изначально проектировались как прибрежные самоходные плавучие батареи и этому назначению вполне соответствовали. Разумеется, поповки обладали весьма существенными недостатками. Но они стали первыми на Черном море броненосцами, с них началось возрождение русского флота на юге. В феврале 1892 г. их перечислили в броненосцы береговой обороны, после чего они служили еще 10 лет, хотя в море давно уже не ходили. Потом 8 лет разоруженные суда хранились в порту, а в декабре 1912 г. их продали на слом.